АХЛ. Хоккеист Сергейс Печура: главное — стремление к победе над собой и остальными
20.01.2016 12:15 Просмотров: 1176

Нападающий хоккейной команды ПСК "Сахалин" Сергейс Печура вписал свое имя в историю как автор первой шайбы островитян в чемпионате АХЛ.

А еще он забивал на чемпионате мира. Об этом и многом другом Сергейс рассказал в интервью ИА Sakh.com.

— Как ты стал хоккеистом?

— Началось все довольно непредсказуемо для меня. Я был обычным школьником, занимался футболом. Осенью, помню, отец купил коньки себе и мне.

Они лежали какое-то время, и я на них не обращал внимания. Потом надел, и сразу как-то загорелся. Начал дома ходить по ковру и как будто кататься.

Конечно, за это я получил от родителей по голове. Хорошо еще, что коньки не были заточены, а то я бы изрезал ковер. Начал ныть: "Хочу на хоккей, хочу на хоккей".

Потом немного это желание притупилось. А зимой мы пошли с отцом кататься на озеро, и после этого я, можно сказать, заболел хоккеем.

Даже было так, что потом я спал с этими коньками.

— Отец отвел тебя в хоккейную секцию?

— Да. Я занимался с ребятами, которые, подождите, сейчас подсчитаю... Были старше меня на четыре года. Два года я тренировался с ними. Потом я занимался легкой атлетикой,

боксом, вольной борьбой, ходил на футбол.

— И когда ты сделал выбор?

— Мне было лет одиннадцать, и отец спросил: "Каким видом ты все-таки хочешь заниматься? Определись уже". Не знаю, почему, но в тот момент я выбрал хоккей.

Хотя, если честно, исключительно сильного желания у меня не было. Но раз я так сказал, то он привел меня в секцию. Это был последний набор ребят 1987 г.р.

По сути поздно уже это было. Многие говорили: "Да ему уже 11 лет, ничего из него не будет". Но меня отдали в хорошую школу "Динамо" (Рига), где мне очень

повезло с тренерами. Они смогли научить меня хоккею и теоретически, и практически.

— Ни разу не пожалел, что выбрал хоккей?

— Не то чтобы жалел, но иногда на тренировках от нагрузок сами по себе текли слезы. Но с каждым годом становилось все интереснее и интереснее.

Возможно, я в детстве и мог бы выбрать другой вид спорта, но понимаю, что сейчас не получал бы от него такого удовольствия, как от хоккея.

— Как ты себя в тот момент мотивировал на занятия хоккеем?

— Это была не мотивация, а скорее желание делать то, что мне нравится, играть лучше, достичь каких-то новых горизонтов. Еще раз повторюсь,

что мне повезло смотреть и учиться у известных хоккеистов. Например, это нынешний тренер сборной команды России Олег Знарок.

Еще известные латышские игроки Александр Керч, Александр Белявский, Сергей Желток, да и многие другие. Оказаться с ними в одной раздевалке уже д

авало ощущение того, что ты с ними в одной команде. Хотя на самом деле ты еще там на птичьих правах. Тебе только 16-17 лет, и тебя пригласили

покататься, потренироваться с командой.

— Какие моменты в профессиональном хоккее для тебя самые памятные?

— Я был бы счастлив, если бы таких моментов было бы много! Но на самом деле самый яркий момент — поездка на чемпионат мира 2010 года.

Меня тогда даже в числе кандидатов не было. Я играл за "Крылья Советов", мы уже вылетели из плей-офф, и я приехал в Ригу.

А тут на сборную кто-то не смог приехать. Звонят мне: "Ты где?" Я отвечаю: "В Риге". Меня приглашают на тренировку покататься со сборной.

Потренировался, и мне генеральный менеджер говорит: "Давай, пока несколько человек из-за плей-офф не приехали, сыграй пару матчей".

Я сыграл несколько товарищеских матчей с Беларусью, Словакией, еще с кем-то. И после этого меня же взяли на чемпионат мира в Германию.

— А какой игровой момент в первую очередь вспоминаешь?

— Наверное, мой единственный на сегодняшний день гол на чемпионате мира. Я его забил сборной Чехии, которая в том году завоевала

чемпионский титул. У них тогда был сильный вратарь из НХЛ, которому на чемпионате забили всего два человека.

Один из них — я. Вот это мне по-настоящему запомнилось.

— А сейчас тебя рассматривают как кандидата в сборную?

— Вряд ли. Меня в этом плане уже списали со счетов, это вопрос политический. Скажем так, наверное, это я сделал в свое время

какие-то ошибки, за которые буду расплачиваться до конца жизни.

Если бы меня вызвали в сборную, я бы приехал с большим удовольствием. Но я думаю, что меня не вызовут.

— Ты много играл в России, а как получилось, что тебя занесло на Сахалин?

— У меня был какой-то творческий кризис. Было очень трудно не только в хоккейном плане, но и в жизни. Даже не знаю, где

черпал силы ходить на тренировки. Играл в чемпионате Латвии и ездил в Чехию, Украину, Норвегию. Контракт не подписывал,

просто ездил искать варианты. Помню, в Осло предложили очень хорошие условия. Но там нужно было бы работать. То есть я

перестал бы быть профессионалом. У меня было три дня на раздумья. Я уже чуть не плакал, так как мозг никак не мог принять

мысль, что я перестану быть профессионалом. И все-таки я отказался. А буквально через два часа мне позвонил человек из Москвы.

Спрашивает: "На Сахалин поедешь?" Я говорю: "Поеду". А сам к тому моменту про Сахалин знал только, что мы оттуда заказывали икру,

когда я играл в Беларуси. Для меня это предложение было как подарок за те три-четыре года, когда я не мог найти место для своего развития.

И когда я сюда прилетел и вышел из самолета, внутри было очень позитивное чувство. Я был очень счастлив от того, что мне эта

земля сразу же принесла такую радость, что я забыл все на свете.

— До приезда сюда знал главного тренера команды Алексея Ткачука?

— Нет. Я даже сейчас другое скажу. Меня в аэропорту встречал сервисмен, которого я знал по работе в "Крыльях Советов".

Приехали мы с ним в гостиницу, где меня встретил человек, которого я принял за главного тренера. Потом спрашиваю сервисмена:

"Это наш тренер?". Он ответил, что нет. И только потом я уже познакомился с Алексеем Васильевичем.

— Что тебе говорили про уровень Азиатской лиги?

— Для нас все было в диковинку. Мы вообще ничего не знали про соперников. Единственное, что в апреле 2014 года в Южно-Сахалинске

сыграли два матча со сборной АХЛ, а потом в Хабаровске на турнире играли со сборными Японии и Кореи. После этих игр поняли, что легко не будет.

Изначально мы их недооценили, за что были сильно наказаны. Они очень быстрые, частично агрессивные. У них есть люди, которые могут завестись,

спровоцировать. Да и судейство немного отличается от того, к чему мы привыкли. Мы постоянно пытались судьям что-то доказать, и это, конечно,

нам очень мешало, сами ломали себе неудачно складывающуюся игру.

— Приятно, что занес свое имя в историю сахалинского хоккея, забросив первую шайбу команды в АХЛ?

— Конечно, это всегда приятно. Но я бы этого не сделал, если бы не мои партнёры. Голевую передачу мне сделал Руслан Берников.

Он отдал шикарный пас из-за ворот, и я оказался один перед воротами, и мне удался хороший бросок — как по силе, так и по точности.

— В этом сезоне состав команды кардинально изменился. Как происходила трансформация состава, игры?

— В основном, конечно, нагрузка выпала на тренерский штаб. Им нужно было сделать правильный выбор хоккеистов под свою модель игры.

А для меня все проходило в штатном режиме. И честно говорю, я очень счастлив, что на данном этапе, что нам удалось создать такой

работоспособный, хороший, крепкий боевой коллектив. Это касается не только команды, но и всех сотрудников клуба.

С таким коллективом, мое мнение, можно выступать не только в АХЛ, но и на более серьезном уровне.

— Когда летал домой на Новый год, про Сахалин тебя спрашивали?

— Спрашивали, конечно. Друзья говорили, что хотят приехать, посмотреть, как здесь живут. А я им посоветовал взять побольше вещей,

потому что они захотят остаться здесь жить. Здесь какая-то добрая атмосфера, добрые люди. Это не только мое мнение, но и другие

хоккеисты отмечают. На материке как-то напряжение больше, а здесь себя чувствуешь гораздо спокойнее.

— Мне много вопросов прислали болельщики. Они просили поинтересоваться про твои татуировки.

Когда сделал первую? Что они значат?

— Первую сделал в 2010 году, перед чемпионатом мира. Хотя такое желание возникло гораздо раньше. Может, это и не совсем правильно,

но у меня получилось так. Мне в руки попалась Тора, и в ней прочитал несколько строк, созвучных моему тогдашнему настроению.

И я решил сделать татуировку пары строк. Потом решил написать не пару строк, а все, что там есть. В итоге закрасил себе весь левый бок.

Потом пошло дальше: хочу это, хочу то. К каждой татуировке готовился 4-6 недель, все досконально узнавал. Сейчас их около десяти, и

больше я делать не буду. Не буду делать не потому, что жалею или не хочу, а потому что понял, что хочу заниматься другими делами.

— Дом у тебя в Риге. Работаешь на Сахалине. А где ты отдыхаешь?

— Честно скажу, что отдыхаю я только в Риге. Люблю отдыхать активно. Очень часто люблю побыть в одиночестве. Но и компании мне тоже нравятся.

У нас там есть море, в 15-20 минутах от дома на машине. Поэтому в Риге у меня есть все, что нужно для отдыха.

И сколько бы ни была пауза между сезонами — 1,5 или 2 месяца — она пролетает незаметно.

— Заглядываешь ли ты далеко в будущее?

— Сегодня утром я проснулся, и знаю, что у нас тренировка. Завтра начнется серия игр. Серию отыграем, а там уже будем смотреть дальше.

Я психологически не готов к тому, чтобы все навыстраивать, а оно потом рассыпется, как карточный домик.

Есть определенные наметки, но конкретных планов нет.
 
— Мечтателем тебя не назовешь?

— Скорее, реалистом. Я не хочу о чем-то мечтать, чтобы потом разочаровываться.

— Но в хоккее-то есть какие-то мечты? Чего тебе нужно добиться, чтобы ты считал, что полностью реализовал
себя в профессиональном плане?

— Наверное, выиграть те Лиги, в которых я буду играть или тренировать. Главное — стремление к победе над собой и всеми остальными.

— Видишь ли ты себя тренером?

— Это довольно сложный вопрос. Да и дело это очень сложное. Непросто, когда у тебя много людей. Все они разные, а тебе нужно найти

подход к каждому. Сейчас я получаю технологическое образование. Потом, конечно, пойду получать спортивное.

Первую половину жизни занимался спортом, вся кровь пропитана им. Но это не значит, что буду тренером.

— Радуют ли тебя сахалинские болельщики?

— Первый сезон на матчи приходило очень мало людей. И, наверное, не все понимали, что происходит на площадке.

Мы играли практически в тишине. В этом сезоне ситуация изменилась, люди начинают открываться. Они кричат, переживают за нас.

Это переносится на площадку и очень сильно помогает в домашних матчах. Хотел бы пожелать болельщикам, чтобы они были более открытыми.

Не нужно сдерживать себя и стесняться выражать свои эмоции на трибунах! И еще хочу сказать огромное спасибо за поддержку:

даже если я играю не так, как им хочется, болельщики всегда переживают.

 

Марианна Симоненко специально для ИА Sakh.com.

 
Интересная статья? Поделись ей с другими:


Последние новости

08.06.2015 |  СЛХЛ. Ад-ми-рал!